Приватность

Поисковые запросы не логируются

Ни в аппликационных логах, ни в веб-сервере, ни в аналитике. База «кто что искал» была бы чувствительнее самих данных EOIR и подлежала бы истребованию. На страницах поиска и дела нет ни счётчиков, ни сторонних скриптов, ни сторонних шрифтов.

Что всё-таки остаётся: адрес сайта

На сервере не остаётся ничего, но само посещение видно на вашей стороне. Адрес asylumbeacon.com попадает в историю браузера и в подсказки адресной строки, а имя домена уходит в DNS-запрос и передаётся открытым текстом при установке защищённого соединения — то есть видно провайдеру и владельцу сети. Кнопка «Закрыть и уйти» закрывает страницу и уводит браузер, но историю и следы на уровне сети не стирает. Если устройством пользуется кто-то ещё, надёжнее открывать сайт в приватном окне и удалять адрес из истории вручную.

Учётных записей не существует

Доступ выдаётся подписанным токеном, который хранится у вас в браузере. На сервере остаётся только счётчик квоты в памяти. Списка пользователей нет — истребовать нечего, утекать нечему. Чтобы «выйти», достаточно удалить токен.

Если вы вводите email

Адрес используется один раз — чтобы отправить ссылку входа — и не сохраняется ни в открытом виде, ни в виде хеша. Это необязательный путь: он повышает квоту и позволяет пользоваться одним доступом с нескольких устройств.

Адресные поля не отдаются

Почтовый индекс, город и адрес используются только как фильтр внутри запроса. В ответе API их нет, и на странице дела они не показываются. Свой индекс вы и так знаете, а чужой узнать нельзя.

Почему нужны два признака из документов

Список кандидатов не открывается, пока не заданы два признака, подтверждаемых бумагами: дата NTA, дата слушания, почтовый индекс, месяц и год рождения, дата въезда. Гражданство, суд, штат, пол и язык сужают поиск, но в зачёт не идут — их знает и посторонний, а списки судов и судей мы публикуем сами.

Правило переписано после замера на данных. Прежнее — «два признака, один точный» — защищало крупные страны и не защищало малые: гражданство плюс перебор месяца рождения отдавали, например, всю казахстанскую выборку за 756 запросов, по семь дел за раз, ни разу не упершись в потолок выдачи. Требование двух документальных признаков поднимает ту же работу до полутора миллионов запросов.

Точное число совпадений тоже не сообщается, когда список не показан: по одним счётчикам, ни разу не открыв выдачу, можно было бы изучать состав диаспоры.